стихи о любви

Стою посередине мая
В саду живом, благоуханном.
Течёт неспешно жизнь земная,
Перетекая грамм за граммом.

А ночь, царицей черноглазой,
Меня поработила нежно
И звёзды тысячей алмазов
Рассыпала во тьме кромешной.

Я покорился этой ночи
И красоте её роскошной,
Хочу сложить ей пару строчек
Об ощущенье невозможном.

Ты посмотри, луна какая!
Ослепнуть можно с непривычки.
Ну до чего ж она большая;
Висит у чёрта на куличках!

Светло, как днём, и видно всё мне,
Хоть свет процеживают кроны.
Я совершенно потрясённый
Застыл, как будто у иконы.

12\05\09

Самое нежное, боже мой,
Чище альпийского снега,
Выше созвездья Омега
Чувство к тебе невозможное.

Сердце тобою пропитано,
Словно любимым мускатом.
Как опьянел, непонятно,
Вроде в напитках испытанный.

Ты вызываешь зависимость,
Но никогда – привыканье.
Был я с тобой постоянно
И всё равно не насытился.

Тонкие, оба горячие,
Мы абсолютно совпали,
Словно родные детали,
Даже не надо подтачивать.

Прелесть моя синеглазая,
Ты воскресила поэта.
Я благодарен за это,
Жизнь показалась мне праздником.

Только уехала скоро ты,
Снова в душе моей будни.
Милая, всё ещё будет,
Пусть обречёно и коротко.

07\05\09

Здравствуй, родная деревня,
Кланяюсь в пояс тебе.
Как же здесь тихо, душевно,
Стало мне легче теперь.

Улицей главной иду я,
Сколько пустует домов,
Вижу полоску речную,
Море покатых лугов.

Воздух вдыхаю волшебный
Запаха сельской весны,
Нет меня в мире блаженней,
Я начинаю цвести.

Вот и мой дом за оградой,
Вставлены в окна щиты.
Вид у него не богатый,
Нет наворотов крутых.

Только ведь мелочь всё это,
Он для меня золотой.
Завтра пойду на рассвете
Я на родник за водой.

04\05\09

Тикает нервно будильник,
Я, как и он, заведён.
С вечера старых бутылок
Куча лежит под столом.

Спичкой играю зачем-то.
Может, ещё я дитя?
Как разобраться студенту
В сути страниц бытия?

Жадно курю сигарету,
Пепел упал на палас.
Как меня бесит всё это!
Бесит российская власть!

Русь захватили медведи!
Выборов липовый мёд
Волей лжецов-прохиндеев
Пил наш бесправный народ!

Хрен бы на лбу у них вырос!
Партия жадных блядей
Людям оставила вирус-
Лапу сосать в нищете.

26\04\09

Пью ночами мёд воспоминаний.
Мне бы провалиться, но куда?
За твоё любовное признанье
Я тогда полжизни бы отдал.

Сложенную вчетверо записку
Ты в карман мне сунула тайком.
Я читал её, а слёзы быстро
Потекли горячим ручейком.

В шоке задыхался от рыданий,
Закружилась мигом голова,
Ведь, сильней боксёрского удара,
Мне ударили твои слова.

Я очухался ещё не скоро
После троекратного “люблю”.
Я, как будто, вышел вдруг из комы
И увидел праздничный салют.

Всё вокруг меня преобразилось:
Краски стали ярче в сотню раз.
Твоё имя повторял бессильно
И от слабости руками тряс.

Проклинал я жизнь и этот поезд,
За которым вслед тебе бежал.
Ни за что теперь не успокоюсь,
Не помогут вера и бокал.

26\04\09

В городах-миллионерах,
Оторвавшись от земли,
Потеряли люди веру,
Затянули душ ремни.

Нет для них духовной пищи,
Только пошлости пайки
Жрёт народ от века нищий,
Задыхаясь от тоски.

Всё спешим, спешим куда-то
И идём на поводу.
Так недолго брат на брата,
Как в семнадцатом году.

Жизнь – всего лишь проститутка;
Кто богаче, тем и даст.
Неудавшаяся шутка,
Что в России нету каст.

Не избегнуть нам раскола,
Если можно всё продать!
Для кого-то кока-кола,
Как священная вода.

Мы остались без идеи,
Сбились векторы пути.
Загибается Рассея,
Хотя может расцвести.

04\04\09

расскажи мне, как плакали звёзды,
освещая ночной небосвод,
а прощаться на веки не сложно,
понимая, что сердце умрет

если знаешь, что станет безмолвным,
и безумию этому рад
и о прошлом ничто не напомнит
и стучишься всегда наугад

Я – беспокойный пилигрим,
Бреду к святыням февраля.
Себя сожгу, чтоб озарить
Наши российские поля.

Дороже жизни только жизнь
Той, без кого не проживёшь…
Глаза закрою – я во ржи;
И ностальгии льётся дождь.

Несу годов своих баул,
В нём 20 будет их уже.
Чтоб не кричать потом: ”ау!”,-
Зарубки ставлю на душе.

Рубец я делаю стихом,
Чтобы совсем не заплутать,
Чтоб постоянно вспоминать:
Чем я живу в краю земном.

И может быть, когда-нибудь
Такой же вечный пилигрим
В тайге времён отыщет путь,
Зарубкам следуя моим.

21\02\2009

Но я не мёртв, я просто спал,
И видел сон о дивном прошлом,
Я просто тихо вспоминал,
Всё, что казалось мне хорошим.

Пустынный город и вокзал,
Который в сумрак окунулся…
Но всё, довольно, я устал,
Я здесь, я с вами, я – проснулся.

Душа покоится на трёх китах:
Любовь, надежда и святая вера.
Отображаю я в своих стихах,
Что для моей эпохи характерно.

Безвременье…Сплошная пустота…
Пошлятина…Засилье демократов…
Мы переняли худшее у Штатов.
Духовная нависла нищета.

Я поколенья своего стыжусь,
Нас – выкидышей бляди-перестройки.
Она заставила старушку-Русь
Горбатиться в лохмотьях над помойкой.

Но те, кто появились позже нас,
Ещё глупей, безжалостней, чернее.
В Москве всё больше иноземных рас.
Дороже всех обходятся евреи.

В политику соваться не хочу,
Ведь чище босяком стоять в навозе.
Я сволочей открыто сволочу
И выступаю в качестве занозы.

Её, конечно, вынут без труда,
Но загноится вражеская рана.
И гордо тост поднимет тамада:
“Я пью за павшего в бою неравном”

01\02\09

Финал типичного спектакля,
Простой и скучный эпилог;
И после первого антракта
Любой конец предвидеть мог.

Но я секрет тебе открою,
Что я всегда об этом знал,
И мы прощаемся с тобою,
Развязка, занавес, финал.

Пройдут и эти две недели,
Что я  могу ещё сказать...
Любить друг-друга не сумели –
Не сможем мы друзьями стать.

Знаю, что правда забыта
В мире таком безобразном.
Падают в пропасть пииты,
Не заслужившие казни.

Ведали красные силы,
Что убивают жар-птицу!
Свет твой во имя России
Будет над миром искриться.

Жизнь свою выдавил в песню,
Втиснул в неё весь огонь;
Стало на родине тесно,
Но не сломалась гармонь.

Может быть, чуть постарела,
Может, ослабла душа;
Знал он, что девушка в белом
Очень была хороша.

Греет мне сердце родной,
Чем-то на клёны похожий,
Венчанный с тайной земной,
Брат мой, Есенин Серёжа.

11\02\08

И принимая эту боль,
Я всё ж хочу тебе сказать:
“Играю я чужую роль,
Я не хочу её играть”.

И говоря тебе постой,
Не обещаю тебе сказку,
Но я недрогнувшей рукой
Сорву постылую мне маску.

Мне не хочется верить в судьбу,
Понимать, что расписан мой путь.
Для чего же тогда я гребу
Сквозь житейскую, тошную муть?

Но я сам замечаю порой,
Что по рельсам идёт жизнь моя,
Словно поезд под лютой пургой,
Мимо станции “Счастье-семья”.

Машинистом на поезде - Бог,
Я – всего лишь простой пассажир.
Раскрываю нутро в связке строк
И в окне вижу сказочный мир.

Отчего же, скажи мне Господь,
Ты так быстро несёшь мой состав?
По дороге гублю свою плоть,
И душа тяжелеет, устав.

Не могу ничего изменить,
На конечной я выйду, ну что ж…
Весь клубок-это только лишь нить,
Но плетёт его кто, не поймёшь.

Никого, ничего не бояться,
Ни о чём, никогда не просить.
И упав на колени – подняться,
Даже если не хочется жить.

Даже чувствуя боль – улыбаться,
И не видя конца, но идти.
Будет проще, наверно, расстаться,
Если видишь, что сбился с пути.

Только в этом ведь сложно признаться,
Что весь смысл заключается в ней.
Никогда, ничего не бояться,
Ни о чём никогда не жалей.

Майского цветения духи
Льются в побелённое окно,
Красочны весенние стихи,
Словно расписное полотно.

Кисти разноцветные собрал,
Впрыснул в них дыхание души,
“С Богом” -, пред началом прошептал;
Строки получились хороши.

Гляну на затейливый узор,
Вижу, как черёмуха слепит;
Рядом разухабистый простор
Травами зелёными обшит.

В тихой и уютной мастерской
Синим я вычерчиваю даль.
Образы стоят передо мной.
Делаю из тряпки я вуаль.

Тоньше полевого колоска,
Глубже самой тайной глубины,
Мысли настигают облака,
Новым озарением полны.

Лишь бы повторилось всё опять,
Тот же вдохновляющий полёт,
Чтоб, самопожертвуя, отдать
Сердца неразгаданного мёд.

06\05\08

Пьянённый запахами мая,
Я сам с собою говорю,
Что лишь тебя я обожаю,
Что лишь тебя боготворю,
И чувств своих я не скрываю,
И тихим эхом повторю:
" Цябе, радзiмая кахаю;
Родная, я тебя люблю".

Души парное молоко
Я наливал так нежно в строки...
Под перезвон колоколов
Приятно думать о высоком.

Вступаю в августовский сад,
Где нарумяненные сливы.
Я был когда-то, говорят,
Неугомонный и счастливый.

Та мимолётная пора
Прошла, как будто, не со мною.
Среди желаний серебра
Мечта казалась золотою.

Теперь же, в жизненной пыли,
Я разглядел лишь позолоту.
Моей надежды корабли
Попали в вязкое болото.

Души скисает молоко,
И остаётся в нём осадок.
Но перезвон колоколов
По-прежнему для сердца сладок.

10\07\08

Ну что сказать? Уже сказали
О многом губы и глаза,
Что я люблю Вас и едва ли
Забыть вас смог бы хоть когда.

Твои глаза, твои ресницы,
И гибкий, стройный силуэт…
И я хотел бы извиниться,
Что Вами пьян сейчас поэт.

Красивых ведь на свете много,
А вот таких, как Вы – одна,
Лишь улыбайтесь ради Бога,
И не грустите никогда.

Под лёгкий шелест в кроне сада,
Не согрешивши пред собой,
Я Вам скажу: «Моя отрада,
Спасибо Вам, что Вы со мной»

А вы же, робко улыбаясь,
Прильнёте лишь к моим устам,
Деревья, несколько смущаясь,
Лишь покраснеют по листам…

Я подарю тебе при встрече
Букет волнующих стихов.
Простые чувства человечьи
Я воплотил в созвездья слов.

Букет мой свеж и пахнет полем,
В нём разноликие цветы.
Срывать их было очень больно-
-Они души моей плоды.

А васильковые цветочки
Подобны ангела глазам,
А вот ромашковые строчки, -
Как белый лебедь к небесам.

Поник мой жёлтый одуванчик,
Его лишь грустью поливал.
Я был золотогривый мальчик,
Но потемнела голова.

И всё ж, осталась благодатна
Земля распаханной души.
Под переливами заката
Стою над пропастью во ржи.

14\07\08